я впадаю в любовную независимость
незалежность, непривязанность
и уже через нас, земная
ось
не проходит
видно, не срослось…
где то порваны связки и жилы
что держали
и кружили
кровь единую
плача зашиваю разорванное
учусь ходить заново
я теперь птица вольная
не двужильная,
но свободная.
Что же спасибо милый мой
За все…
за любовь и ненастья
и за эту возможность бОльную
для нового моего счастья
на вершине холма
ветер гонит волны в траве
я лежу не боясь утонуть
глазами неба полна
травинка
терпким соком
во рту истекает
под взлядом моим
как снежинки
в воде
облака тихо тают
в этой точке слились все стихии
сошлись
во мне
я чувствую капли
несомые ветром
сквозь солнце
к земле
ты будишь во мне лучшие инстинкты…
*
листая полное собранье камасутры
не обнаружил там любимых поз…
ты у меня большая фантазерка ))
*
о музыке, стихах, литературе -
не буду говорить с стоящим членом
о люди будте ж адекватны!
*
любимые добавте эротизму
в придачу к бигудям
поставте клизму…
*
вчера накрыло залпом батарей пивных бутылок
лежу повержен…
где же санитарки?!
женщины, женщины, радость и нега, тонкие запахи, сугробы из снега. стены, рогатины, рвы, расстояния. Двери, мосты, объятья, лобзания. ой я не знаю… да что вы! наверное… потуплены очи, лукавые взляды. да я не очень… прости… досвидания. да как ты посмел подумать такое! хотелось бы! это… немного другое. постой… ну не надо! не уходи… стемнело уже. не видно не зги… останься до завтра… увы… никогда. да. женщины. тайна. Для меня. навсегда. ))
биение сердечной мышцы
его спазмы
разгоняющие
кровь
вены, в пульсе жизни
все ускоряющемся
любовь…
не скрыть спокойствием взгляда
дрожания рук
хрипоту слов
полуулыбка
съеденная помада
зрачки нашедшие друг друга
вновь
и где то внизу живота
крыльями
бабочки
невесомые машут
руки мои бессильные
опять мимо крючков
мажут
и стараясь не размыкать объятий
выпутываясь из одежды
мы течем куда то
лавиной
талой воды
снежной
обжигаясь касаниями
но не отрываясь
мы срастаемся
проникая
проницая
и переполняясь
бурлящая кровь
по жилам
как по горным камням
речка
мы сегодня с тобой живы
мы сегодня с тобой вместе
дерево,
в землю,
корнями вросшее
неподвижное, жестко связанное
в предельном своем одиночестве
никому и ничем не обязанное
но в желаньи свободы яростном
оно к небу листами тянется
и трепещет от вожделения
когда ночью с ветрами ластится
сочетая несочетаемое
несвободное
- предельно гибкое
причитая непричитаемое
оно солнышко пьет с улыбкою
и в погоне своей за вечностью
созерцанием преходящего
оно слабость делает силою
глупость - мудростью настоящего…
любовь
исскуство свежести
как ранним летним утром
ты воздух пьешь туманный
раскрашенный встающим солнцем
любовь
тягучей нежности
плутающим в тумане звуком
как лебедем бумажным
плывущим вслед за солнцем
любовь
в ней не найти причины
только сердца стуком
что стало вдруг предельно важным
мы измеряем длительность секунд
любовь
неизмеримое мерило
любовь
нас оплетает коконом надежды
любовь
и как не нужные одежды
отбросив их
мы входим в эту реку
вновь и вновь
в любовь
научу тебя танцу движений простых
улыбкам блаженства
тихим стонам и ласкам
захлебнувшись любовью как ударом поддых
открытости полной
отброшенным маскам
научу тебя плыть по бездумным волнам
танца рук
и дыхания в такт
одному на двоих, на одних,
в пополам
глотку воздуха
пламени страсти
что возьму и отдам
повязав
воедино
все части
научу, научусь
подниму, вознесусь
в сферы горние
к звездам в обитель
ты умеешь уже
все за что лишь берусь
милый мой
ученик и учитель
ты говоришь
- целую мало?
что платоническое
- тебя достало?
Тебе бы мяса
побольше с кровью
Да выпить водки
Дойти до койки
За акробатикой и камасутрой
Чтобы застало нас
сегодня утро
ты как чертяка с утра
неевший
ты просто ангел мой
ох…
охуевший
он играл в эту жизнь
серьезно
с полной отдачей
смеясь над пафосом своей игры
сквозь его слова
и пальцы
оставляя ладони пустыми
просачивались миры
непонятные
странные
гротескные
забавные
фаустовые миры
он жил на полную катушку
как будто завтра уже не будет
и вот это время сбылось
как то нелепо, странно и трудно
но так уж с ним повелось
это всегда происходит внезапно
всегда случается вдруг
и о нас тоже
кто то скажет
у меня вчера умер друг…
Предвкушение.
Одно из самых приятных чувств в поездке, это предвкушение… А у предвкушения дороги особый вкус. вкус новизны и свежести. Радостный подъем от того, что вот сейчас, сейчас, все изменится, ты _был_ тут, а теперь ты тут _не будешь_. Будешь в другом месте, где по определению лучше, т.к. оно, это место - в голове, а там в своей голове - мы можем сделать его любым. В своих фантазиях мы всемогущие боги. ))
И дорога, она всегда проникнута этим предвкушением, т.к. мы еще не доехали, мы еще в пути… Все вокруг постоянно меняется, много новых впечатлений и все это проникнуто предвкушением. п р е д в к у ш е н и е м счастья )
Аэропорт.
Аэропорт отличается от ЖД вокзала. И публикой и настроением. Ухоженная публика, сумки на колесиках. Тут даже суета, какая то с ленцой, вальяжная.
- Оружие, наркотики, валюту на стол!
В голосе столько нерушимой силы привычки, что невольно хочется послушаться.
Отдав все что отягощало твою карму и надев бахилы, ты проходишь через ворота металлодетектора. Это очень напоминает роды, когда ты голый и босый выходишь в мир. А вопли металлоискателя это крики роженицы, рождающей тебя в мир аэропорта.
Вещи сданы, да самолета еще минут 40 – что делать? Правильно – выпить! Округлив глаза на цены в кафешке, решаем выпить своего… после… но много…
Самолет.
Гуру Римпоче предсказывал, что когда по небу будут летать железные птицы, а по земле ходить огненные быки, Ваджраяна распространится по миру как лесной пожар.
Лечу в этом символе Ваджраяны, смотрю как подрагивают закрылки под напором ветра, а внутри какой то первобытный восторг. Восторг покорения чего то большого и запредельного. Так бывает когда заберешься на вершину высоченной горы, а вокруг все видно и такая красота и прозрачность, что аж дух захватывает.
Снижаемся… Тело то тяжелеет, то снова становится невесомым, потряхивает - похоже на американские горки. Пищат дети, причем не от страха, а от радостного возбуждения. И когда колеса самолета касаются земли, апогеем всего, звучит детский вопль – УУРРРААААА, мы победили!
Мы победили. И мы прилетели. В Красноярск.
дурак обязательно считает себя умным, потому знает много слов и концепций.
.
дурак любит спорить, думая что в споре рождается истина. )) дурак любит определения, т.к. думает что они что то определяют. )
.
дурак любит свои фразы и посты и часто их перечитывает. ПРосто так из любви к искусству. )) Иногда даже восклицая “ай да я, ай да сукин сын” )
.
Дурак знает, что есть истина и думает, что он ее знает. А еще он точно знает, что его истина подходит всем и что кто ее не понимает, тот просто дурааак!
.
Дурак вообще много знает, т.к. думает что это делает его умным. ))
.
дурак вообще много думает, т.к. думает что это… и думает, думает, думает - пока ужинать не позовут. ))
.
дурак вообще много… или дураков много, не знаю как там по правилам русского языка нужно говорить. ))
.
дураки знают правила русского языка и даже пользуются ими, чтобы показать, что тот кто ими не пользуется, ваааще тааакоой дурааак ))
.
дураки, когда им говорят “забей” тянутся за камнем, а не за портсигаром. ))
.
дурак существо стадное и любит определенность, знать что вот это - плечо круга, а это - ][уй врага. И путать эти вещи очень не любит.
.
дурак любит себя, это пожалуй единственно что он делает с чувством, с толком, с расстановкой - пока ужинать не позовут. В прочем ужин этой любви не помеха.
.
ну и хватит про дурака? очень много ему внимания… он это любит…
Скачет солнечным зайчиком
От зеркал, от воды, от неба
заглядывая в лица
Выискивая ответы
Она смела, непоседлива
смеет
Смеятся над жизненной сметой
Мимолетной лаской
Греют
Щеки. ее невинные поцелуи
Глаза бесенята
Крылья феи
Кошки к ногам прильнули
зайчиком света,
веретеном
юлою, ветром,
вьюном
в познание вплетено
Все ее тонкое,
солнечное
существо
черная луна затменная солнцем
улыбка,
внимательные глаза
когда то давно,
богомазы
выписывали такие на образах
по жизни, как холодную воду
пробуя ее ногой
нащупывая, вылепливая дорогу
ощущая себя
почти нагой
почти без кожи
скукожа
чувства в один комок
совсем не заметно прохожим
и себе самой невдомек
что любовь совсем уже рядом
в полустуке, полусбое сердец
притаилась и ждет в засаде
с наручниками из золотых колец
***
сегодняшнее с пылу с жару ))
потягушки кошачьи с улыбкой
утренние сонные прикосновенья
только угадываемые, скрытые простыней
основы моего волнения
*
шипящий чайник
тысяча вторая ночь
высыпаны остатки сахара
тыкаюсь в волосы
жмурясь как кот
от этого родного запаха
*
Неспешная беседа
Случайные встречи рук
Глаза текут за жестами
Ложечки в чае чистый звук
Свежесть с балкона…
И твоя…
прелестная
*
А потом прогулка рука к руке
В утро солнечной снежности
И мир повисает на волоске
Любви и нежности…
Он сегодня один
бутылка, стакан
не празднует горя
зарубцованных ран
и пока он один
есть надежда
пока…
одинокий человек
смотрит из
окна
в переливах огней
мелькании дней
он почти потерял
жизнь скрепляющий клей
крехтя допивая
стакан свой до дна
одинокий человек
смотрит из
окна
он не просит судьбу
не клянет, не кричит
просто пьет в одиночку
и просто молчит
на сегодня осталось
только одно
одиночество
стол
бутылка
окно
она не слушает громких звуков
не смотрит на яркий свет
ей достаточно полутени и шорохов
чтоб добавить штришочек
в ее портрет
в полусне, горьких запахах
травы свежескошенной
в облаках отражающихся в реке
незначительные мелочи
значат больше
молчания
прикоснувшегося к ее руке
тишиною мыслей на воде рисуя
звонкостью слов на песке ворожа
она идет по жизни танцуя
и улыбается
не спеша.
В рваном, летящем ритме
как тело змеи, нападающей
роняешь слова и выдохи
в пространство -
уже разделяющее
глаза опустивши, не глядючи
говоришь много и сбивчиво
о том, что уже поздно
и что чаша -
вчера еще выпита.
Да и чаши как будто небыло
Так - морок, наваждение
Временное твоего тела
- препровождение.
Я даже слов не слушаю
на лице все и так написано
и я читаю по книге
твоих лицевых мускул.
Лишь улыбаюсь неискренне
натянуто, стыло, скованно
я отпускаю бывшее
в созданную тобой историю.
Я смотрю на рассвет
что трепещет
на ресницах твоих
тихо нежась
он запутался златом и бронзой
обрамляя постельную снежность
я почти не дышу, наблюдая,
опасаясь неловким движеньем
разбудить свое наважденье
ты сегодня такая, такая….
солнцем не пробужденная НЕЖНОСТЬ
Ходит кораблик в тумане без цели
без парусов, без рулей, без ветрил
ходит влекомый волей течений
знаками судеб, дорогой светил.
солнце ему освещает тропинку
луны ночами дорожки плетут
то швабрами чешут древесную спинку
иль ветром дождливым безбожно стегут
но где то воткали в лняные одежды
нежные руки слепых немезид
этот дрожащий лучик надежды
с которым корабль небеса бороздит.